Вот скажите, что является двигателем торговли? В нашем суровом мире шаблонный ответ – реклама. А в мире Драконьего перевала ответ иной – беседа. Продать товар, договориться о мире и дружбе и просто сходить к другу поболтать – понятия одной области. И курирует её Иссариес. Вот с мифа об Иссариесе мы и начнём новую летопись. Имперсонирует Асборн, подыгрывают ещё 84 человека.

 

 

Давным-давно-предавно, в эпоху Великой Тьмы, прервались путешествия, торговля и беседы. Чтобы всё восстановить, покровителю переговоров нужно урегулировать спор между двумя очень интересными племенами.

 

Итак… Оказался как-то Иссариес незнамо где. Очень неуютное место для главного по путешествиям – он-то все уголки знать должен. По счастью, оказался он там не один, а в очень приятной компании. С Лланкором Мхи и Уроксом. Они уже, кстати, втроём путешествовали, поэтому к Уроксу Грозовому Быку подход мы уже знаем, а к Лланкору Мхи его найти немудрено – он любит узнавать что-то новое, так где же ещё узнать, как не в путешествии! Ну и истина-то в этом запутанном мире тоже потерялась!

 

Но вначале – о корне проблемы. Почему люди перестали разговаривать? Дело рук служителей хаоса? Начавшиеся войны и обман в торговле? А вообще почему это всё началось? Такие вот гамлетовские мысли посещали Асборна-Иссариеса. И он счёл, что кто-то выпустил в мир ненависть и недоверие – и надо их обуздать.

 

«Вот где собака зарыта!» – воскликнул он. И стал копать. И копал, пока не оказался глубоко под землёй. Где, разумеется, ему и его товарищам пришлось столкнуться с ужасными порождениями хаоса. Но не зря с ними был Грозовой Бык – ему дай только волю, всех перерубит.

 

Вышли они из-под земли в совершенно другом месте. В туле народа Палки-Копалки, ставшей в последнее время полем боя между соседними народами: длинноносыми и большезубыми. Хорошего мало – урожаи вытаптывают, коров едят, танов заставляют драться каждые на своей стороне, общинников захватывают в плен и требуют выкуп на нужны новых военных действий.

 

«Дайте и мне тогда что-нибудь», – по-простецки сказал Асборн. Завыл народ Палки-Копалки. Но эту самую палку ему и отдал. Ещё и с гвоздями.

 

 

Надо было искать путей перемирия между длинноносыми и большезубыми, но Лланкор Мхи и Урокс дали понять Иссариесу, что им это всё не интересно. Впрочем, когда наш искатель махнул рукой и отправился дальше один, Грозовой Бык решил-таки, что оставлять товарища нехорошо, и пошёл следом. Со знающим Лланкором Мхи мы расстались.

 

Первыми мы навестили длинноносых. А конкретнее – хоботных. Их жрица Ориска заявила, что мира с большезубыми быть не может: те искони охотятся на длинноносых, убивают лучших и съедают. Таким образом, погибших невозможно даже похоронить в святилище.

 

«Ну, давайте они будут отдавать вам обглоданные кости!» – предложил Асборн.

 

«Как ты можешь обещать что-то от имени жестоких большезубых!» – ответила Ориска. Не убедили её и аргументы о том, что без их мира с острозубыми в беде окажется народ Палки-Копалки и вообще весь мир.

 

 

Плюнув на переговоры, Асборн пошёл к большезубым. Я бы даже сказал: саблезубым. Их военный вождь Паратур объяснил переговорщику, что охота его народа на длинноносых существует издревле – не траву же есть, как они! А заключать мир с собственным обедом – это просто смешно.

 

«Мы, конечно, можем есть и вас, двуногих. Жителей тех самых тул, о которых ты так заботишься. Но тебе это вряд ли понравится», – сказал Паратур.

 

Помог делу подошедший очень вовремя Лланкор Мхи. Он сказал, что Ориска – это всего лишь большая корова (ну, с натяжкой). А Паратур – лишь большая арысь (что верно, то верно). Поэтому ключевую роль предложил сыграть Грозовому Быку: Ориску охмурить, а Паратуру надавать по усам.

 

И сели они за стол переговоров. И сказал Асборн-Иссариес вождю большезубых, что они должны возвращать длинноносым кости их погибших родичей. А жрице длинноносых – что они должны принять, что некоторых из них будут съедать. Вот на таких неравных условиях и был заключен исторический мир.

 

Но когда Асборн уже попрощался с Грозовым Быком и сам собирался уходить, Паратур с милым мурлыканьем сказал: «С тобой-то у нас уговоров не было. Может, тобой полакомиться?»

 

 

Асборн пригрозил было позвать Урокса, но Паратур знал, что тот не успеет вернуться, и прыгнул на переговорщика. Тот едва вырвался, отделавшись тяжёлыми побоями, и чуть не бегом вернулся из страны богов.

 

Наши его возвращению очень радовались. И знали, что теперь Асборн стал ещё мудрее и красноречивее. Да чего там – достиг высот легендарных героев. И даже побои сошли очень быстро.

 

 

Сезон Огня – это, как всегда, набеги: наши к соседям и соседей к нам. Рассказывать про них особо не хочется. Тем более что не всё для нас прошло успешно – были и убитые, и раненые, и угнанный у нас скот. Расскажу про другие события. Вот, например, наши женщины сожги в туле таверну намолдингов. Они сказали, что из-за неё из клана уходят деньги, а упившиеся мужики не могут даже исполнить своих супружеских обязанностей. Не могу сказать, что их логика мне не по душе. Но даже Арене кажется, что намолдингов лучше не обижать. Договор о тавернах был заключен ещё шесть лет назад, когда мы приглашали их в племя. Сейчас отношения не ахти, так что мы, не торгуясь, заплатили компенсацию и разрешили им построить таверну снова.

 

Если помните, мы клан Эльмаля – покровителя коней. Бригада таких же почитателей прибыла к нам в тулу с предложением «улучшить кровь наших кобылиц». В составе бригады был наряженный конём шут (оказывается, такие есть не только у прохвоста Эурмаля) – он старательно напивался. Говорили, что улучшать кровь будет именно он.

 

В бригаде были ребята и из дружественного нам клана, и мы пообещали им услугу в будущем – по мнению высшего круга, ритуал очень действенный. Только Хармаст сказал: «Хорошо, что конём нарядили не меня!»

 

В сезон Земли наших пастухов пригласили на праздник воздушных змеев. Это своего рода межклановый турнир – но без кровопролития. Главная задача состязания – острыми краями своих змеев перерезать верёвки у чужих. Как рассказал мудрый Хармаст, это напоминает эпизод из жизни громовика Орланта: когда тот усмирял своих буйных братьев, то не стал биться с мирным ветровиком Колатом – вместо этого в небе сражались их яркие воздушные змеи.

 

На состязании хорошо бы победить, но мы решили раздать пяти соседним кланам щедрые подарки. В итоге победа досталась хендарти, а мы, надеюсь, упрочили своё положение.

 

 

После праздника Арене было поручено исследовать нашу тулу, и она обнаружила место, где в далёкие времена состоялась великая битва. Когда мы привели туда жрецов, им явились незнакомые духи и представились щитоносцами Финина Безногого Короля. Он-де больше тысячи лет назад бился с племенем рудокопов и погиб, перед смертью убив тридцать врагов. Духи призвали нас воспроизвести эту битву, и мы последовали совету.

 

В самый разгар ритуала мы услышали звон мечей о щиты и увидели самого Финина, а вскоре после ритуала из далёкого Тарша к нам в тулу пришли пять танов, которым Финин явился во сне и приказал нам служить. Мы, разумеется, им это разрешили.

 

Хендарти, кстати, победили на фестивале неспроста. У них есть свой, волшебный воздушный змей – Змей Керо Фин. Он, кроме прочего, способствует успеху жертвоприношений. В сезон Земли Асборн съездил к соседям и выменял у них это сокровище, не скупясь на товары и серебро. Вскоре после этого мы принесли жертву ужасной Маран Гор и узнали о ритуале «кровь земли».

 

К нам в тулу вернулись говорящие-с-духами, у которых мы покупали фетиши-ловушки. Они объявили нам, что нынешнее наше процветание – отчасти их рук дело: мы-де были с ними любезны, и они упросили местных духов нас не трогать. Закончился этот рассказ обычным попрошайничеством: «Жизнь шамана нелегка, и…»

 

Рената и Ваниот еле слышно сказали, что своим процветанием мы обязаны красноречивым торговцам и общинникам, которые дни напролёт горбатятся в поле, а не каким-то духам. Хиорд предложил снова любезно обойтись с гостями – а потом отправить своей дорогой. Но Гордангар заявил, что даже если они ничем нам не помогли, то навредить точно сумеют, откажи мы им в просьбе.

 

Тут очень уместно будет рассказать историю о короле Урграйне. Неделю в его землях царило процветание, а потом пришли шаманы и заявили, что это всё благодаря им. Урграйн шаманов тут же казнил. И, собственно, покатился по наклонной. А в итоге плохо кончил.

 

Тогда Асборн с улыбкой достал из загашника доску с гвоздями и отрекламировал её гостям как самый настоящий дар из страны богов. Те рассыпались в благодарностях и обещали впредь помогать. Гордангар, кстати, зафиксировал увеличение баллов волшебства.

 

К нам пожаловала огромная троллиха по имени Умульгук – как оказалось, за Железным Шипом, который находится у нас на депозитном хранении. Она сказала, что это сокровище делает нас страшными врагами троллей, а если мы его ей отдадим, тролли поймут, что мы не хотим им зла.

 

Обижать тех, кто отдал нам Шип, не хочется. И троллей злить тоже не хочется. Но первые – в Священной Стране, а вторые-то – вот они. Мы было притворились, что у нас его нет, но Умульгук назвала нас гадкими лжецами: она чувствовала его по запаху.

 

Тогда мы поблагодарили её за предупреждение о предстоящих набегах, чем недвусмысленно дали понять, что разговор окончен.

 

 

В сезон Бурь мы дважды наведались к ундароли. Во второй раз произошёл вот какой эпизод. Посреди битвы Рената увидела, как вражеский жрец Эльмаля Лханкпент пытается пробудить к жизни миф и поразить нас своим великолепием.

 

Допускать этого Рената не собиралась и крикнула жрецу: «Ты не Эльмаль, ты Лханкпент, сын Венхарла. Ты тан из клана Ундароли. И у тебя рубаха в крови».

 

«Я Эльмаль, защитник дома», – ответил идеологически подкованный жрец, не выходя из транса.

 

«Ты не Эльмаль, ты Лханкпент, которому однажды в бою сломали обе руки», – напомнила Рената. Это вернуло жрецу ощущение реальности, сияние вокруг него погасло, а Рената довершила начатое, отвесив ему хорошую затрещину.

 

Ещё один эпизод связан с общинником Тадартом – как вы помните, он побывал в руках жутких «наездников бивней», их жуткое божество превратило его в урода, но и в таком виде мы пустили его обратно в клан. Было это лет пятнадцать назад, но общинники Тадарта так и не приняли.

 

Когда мы сражались с ундароли, Тадарт оказался окружён врагами, и никто из наших не пришёл ему на помощь. Это, конечно, скотство. Мы выбранили свой клан и все признали, что повели себя в бою не по-человечески. Повесив головы, они пообещали относиться к Тадарту лучше, а тот внезапно объявил, что если общинники уважат его и придут в гости, он выкатит им бочку пива. Питие продолжалось до глубокой ночи, и инцидент был исчерпан.

 

Плюсов по итогам года много. Разве что овец подсократилось. Еды мы произвели больше, чем съели, но с учётом порчи снова минус.

 

Богатая событиями восьмая летопись племени Деревянных Масок подошла к концу.