Что-то подсел я на эту игру. Четвёртый раз за годиграю, а это значит четыре дня почти полностью отданы Мечу Рима (Sword of Rome), четыре из редко свободных выходных проведены за большим обеденным столом над картой античной Италии - колыбели современной цивилизации. 
В нынешней игре роли распределились так: Илья по традиции сел играть за галлов, а остальные решили взять себе те державы, которыми они ещё не управляли: Павел – этрусско-самнитов, Арсений – греков, я – римлян. 
В первый же ход Арсений захватил Лилибей – вотчину Карфагена в Сицилии и вырвался вперёд по очкам. Моя ошибка была, что я поддался боязни того, что грек станет лидером, и начал против него открытую войну. Между тем, у римлян есть другой способ давления на грецию – Карфаген. Он и действенней и безопасней с точки зрения отношений между державами. К сожалению, я не сообразил, что даже потеряв Лилибей, Карфаген не выходит из игры, а способен за два хода вновь накопить армию максимального размера и высадиться в любом удобном месте Сицилии. Если бы я не захватил греческий Неаполь, мне удалось бы сохранить с греками по крайней мере нейтральные отношения, кроме того, это помешало бы и их союзу с этруско-самнитами, который продолжался всю игру. Но греки вели по очкам после первого хода, кроме того, у меня на руках была карта дающая модификатор к осаде Неаполя, и я не смог устоять. 
Наши же действия против галлов были совершенно недостаточны: армия их «естественного противника» - заальпийских галлов – пополняется в три раза медленнее, чем карфагенская, поэтому без прямого вмешательства больших держав тут нельзя было обойтись. Но, к сожалению, этого не случилось. Павел сосредоточился только на римлянах, вначале с молчаливого согласия, а затем и вовсе заключив союз с галлами. В итоге образовался тройственный союз, в котором этрусско-самниты вели против меня войну превосходящими силами, а остальные державы играли различные вредные для Рима события. 
Эту игру я проиграл прежде всего дипломатически. У меня с первого хода была в руке карточка, позволявшая захватить одну из победных областей самнитов, но я так и не сыграл её, поскольку не ожидал тотальной войны самнитов против Рима. Я продолжал играть, как если бы Павел действовал против меня не более чем против других, между тем, он просто давил меня при всяком удобном случае. Поскольку в начале игры мне приходилось каждый ход воевать (против вольсков, против греков), армия моя росла медленно, кроме того, давали себя знать серьёзные потери при истощении (в один ход я потерял 4 БЧ – две трети годового прироста на тот момент). Армия же самнитов росла без каких-либо потерь, и вскоре достигла общей численности в 25 БЧ. Мои же силы не достигали и 20. После пары неудачных сражений соотношение стало ещё критичнее, самниты захватили мою победную область и встали там армией из 19 отрядов. 
Откровенно говоря, первоначально я расценивал наш конфликт, как рядовой, ведущийся с целью не допустить излишнего возвышения противника и заканчивающийся, как только обнаружится более вероятный претендент на победу. И только после того как самниты не прекратили свои атаки несмотря на то, что я уже почти в два раза отставал по очкам от лидеров, я понял, что они ведут тотальную войну на полное уничтожение Рима. 
Я продолжал до этих пор проводить политику сдерживания в первую очередь греков, играя достаточное количество карт для активации Карфагена. Галлы же развивались беспрепятственно, уже в середине игры им стало не хватать фишек отрядов для своих армий. Попытка как-то сдержать их с помощью заальпийцев проводилась с энтузиазмом, но была заранее обречена – какие шансы у 10 БЧ против 40? Армии самнитов и римлян избивали друг друга, оставляя галлов в положении «третьего радующегося». 

Мой прогноз на последний ход и конец игры - безусловная победа галлов. У Ильи было одно ПО «в рукаве» (четыре очка грабежа, которые при добавлении пятого превращаются в победное очко), и две победных области этрусков бод боком, захват которых приносил ему двойную выгоду – ведь галлы лишали двух ПО своего главного конкурента. Ну а римская армия сделала бы всё, чтобы самниты не смогли придти на выручку этрускам. У меня была цель на последний ход: отбить свою победную область у самнитов и захватить одну их (что мне почти удалось в 8-й ход, но дважды подвели боевые кубики). Тогда, с учётом взятых галлами этрусских победных областей, этруско-самниты опустились бы до 5 ПО, а я бы до них поднялся, что стало бы красноречивым и закономерным результатом агрессии самнитов против Рима, длившейся всю игру. 

В целом, для меня это был полезный и интересный опыт. Пожалуй, Рим и этруско-самниты - самые интересные фракции в игре, они всегда в центре конфликтов. Игра по-прежнему преподносит сюрпризы и приносит массу удовольствия! Надеюсь, что и дальше мы не будем давать ей залёживаться на полке.