За новогодние каникулы у нас получилось сыграть всего две партии в Battlestar: Galactica. Возможно, обе не так примечательны с точки зрения результата, зато процесс оказался крайне занимательным!

Часть первая. С, значит Сайлон.

Несмотря на то, что обычно мы выбираем персонажей случайным образом, соблюдая некоторый баланс ролей, в этот раз большинству хотелось взять определенных персонажей. Причем на политического лидера Балтара претендовало сразу двое. Остальные, несмотря на это, доверились рандому. В результате команда подобралась следующая:

ПРЕЗИДЕНТ Gaius Baltar (Political), КАГ Lee “Apollo” Adama (Pilot), АДМИРАЛ Saul Tigh, ИНЖЕНЕР Ellen Tigh (я) и КОМАНДИР ПЕГАСА Kara “Starbuck” Thrace.

Играли со стандартным набором правил для нашей группы: Pegasus+ Daybreak+Kobol+CFB+PG+FF (и два титула Командира Пегаса и Начальника инженерной службы по домашним правилам).

Отсутствие суппорта для ремонта корабля и слабый, на мой взгляд, для полета на КОБОЛ второй политический лидер изначально настраивали на пессимистичный лад. Впрочем, наличие двух сильных пилотов могли исключить серьезные повреждения корабля…

Нам пришлось трижды раздавать карты лояльности. На втором ходу одна из них выпала, и некоторые игроки увидели ее содержание. Вторая раздача была осуществлена недостаточно случайно, и лишь на третий раз получилось начать нормально. Откатывать ходы или даже перевыбирать персонажей не стали, хотя от последней опции лично я бы не отказался…

Когда стартовая суматоха на корабле улеглась, все члены команды стали присматриваться к своим попутчикам. Нельзя было исключать, что под личиной доброго самаритянина, на самом деле, скрывается бездушная машина! Самым вероятным кандидатом, конечно, был Гайус Балтар – новоизбранный президент выживших остатков человечества. Кроме того, миссис Тай, при желании, могла неплохо маскировать свои сайлонские мотивы, из-за тяги к предательству. Впрочем, в себе Элен была уверена и её задачей было доказать всем окружающим свою преданность людям.

Первое время у Тай этот неплохо получалось: все предательские порывы не выходили за пределы транспортных кораблей, что курсировали между основными судами человеческого флота. Как верная жена, Элен следовала за мужем то на Пегас, то на Галактику, используя свои женские чары, чтобы повысить работоспособность Сол Тая. Пару раз, она даже пыталась защитить корабли от повреждения важных отсеков, оправдывая своё инженерное назначение, но это, в конечном счете, привело ее на больничную койку, когда очередной выстрел с базового корабля сайлонов угодил в крейсер.

Люди, впрочем, могли быть довольны своим первым сражением. После того, как Галактика совершила прыжок, позади остались всего несколько вражеских райдеров – флот преследователей был практически полностью уничтожен. Главные орудия Пегаса уничтожили базовую звезду, что, безусловно, будет полезно в будущих сражениях, да и пилоты Гадюк не отставали: благодаря невероятной активности в космосе, Старбак удавалось не только уводить гражданские суда, но и уничтожать корабли неприятеля. К сожалению, её хищник оказался уничтожен в битве, а сама Кара очутилась в лазарете, но это была не такая уж большая цена за покрытие четверти расстояния до легендарного Кобола.

Впереди предстояла тяжёлая работа по ремонту повреждений Пегаса. Сделать это могли не так много человек на борту, и главным претендентом был Балтар, которому следовало вручить полномочия Главы инженерной службы. Также не мешало бы досрочно закрыть больничный у Старбак, а то медперсонал уже начал жаловаться на прокуренную палату, и уговорить Адаму передать ей титул КАГа. В этой роли Кара Трэйс смотрелась куда уместней, поскольку проводила в космосе большую часть времени, тогда как Адама постоянно находил себе какие-то другие занятия. Пока команда взяла передышку, Элен сосредоточилась на своих обычных занятиях – в меру сил поднимала работоспособность экипажа. Казалось у людей ещё полно времени, ведь враг за сотни световых лет от них…

Однако помимо внешних врагов, нельзя забывать о врагах внутренних. Возможность проверить лояльность какого-либо члена экипажа в этой ситуации – огромное преимущество. Поэтому совершенно очевидно, что Адмирал не стал от неё отказываться. Но такое решение порождает и тяжкие думы: кого подвергнуть дознанию и что делать с полученными результатами? Над первым вопросом Сол Тай размышлял куда дольше, чем над вторым. Он не стал запираться в своей каюте с бутылкой амброзии, а по-военному коротко отрапортовал: Апполо – сайлон! И отправился сажать молодого Адаму в тюрьму.

В действиях Ли, действительно, были странности. Поэтому Элен поддерживала мужа: Апполо мог выполнять свою работу куда более эффективно. Он мало принимал участия в разрешении кризисов, зачем-то вылетел в космос сразу после прыжка Галактики и буквально бегал от миссис Тай, которая очень хотела завязать с ним знакомство для увеличения своих активов.

Однако остальные не были связаны с Тайем родственными узами и не были уверены в его позиции. У них не было ничего, кроме слов Адмирала против слов КАГа. Поэтому, когда наступило время разбирательства в следственном комитете (жёнушка постаралась), практически никто не поддержал Сола, и тот не смог один тягаться с огромными возможностями младшего Адамы – Тай признал провальность затеи и не стал тратить ресурсы.

Семена сомнения угодили на благодатную почву: паранойя охватила корабль. Кроме того Адмирал обещал не оставлять своих попыток избавиться от предателя. И пока в военном департаменте устраивали охоту на ведьм, Президент оказался перед сложным выбором: нужно было и ремонтировать Пегас, и изолировать сайлона, кем бы он ни оказался, и отдавать Старбак приказ о немедленном вылете на борьбу с флотом неприятеля… Но у Элен Тай было иное предложение. Всей команде требовалась независимая экспертиза одного из потенциальных предателей и уникальные научные познания Балтара могли помочь в установлении их истинной лояльности. Такая идея пришлась по душе талантливому учёному и он выбрал в качестве подопытного Ли Адаму.

— Он человек! – так же коротко и уверено заявил Гай. – Нужно посадить Адмирала.

Командирское кресло зашаталось под мистером Тайем. Впрочем, в то время как команда занималась политическими разборками, вокруг Галактики кружили корабли сайлонов. Время было упущено и на борт проникли отряды центурионов, прежде чем люди успели совершить свой второй прыжок. Позади осталась половина пути до цели: самое удачное время для активизации спящих сайлонов и переломный момент для всего экипажа. Но сейчас на корабле царили другие настроения: все чувствовали, что ключевые события уже произошли.

Очутившись на Гауптвахте из-за случайного предательства, у миссис Тай появилось много времени для раздумий. Ведомая Адмиралом Галактика совершала свой полет безошибочно. Но если бы Сол был бездушной машиной, то постарался бы замедлить продвижение человеческого флота. Конечно, всегда существовал вариант, что имевшиеся в его распоряжении альтернативы были ещё хуже для сайлонов, но верилось в это с трудом. Старбак всегда была слишком прямолинейна, чтобы скрывать личину и значит, скорее всего, также была верна людям. В себе Элен была уверена, а значит: машин стоило искать среди КАГа и Президента и она начала готовить мятеж…

Приказ президента о казни стал для Элен Тай полной неожиданностью – разрушив все планы по заключению Ли Адамы под стражу и выходу на свободу. Став жертвой сайлонского заговора, она однако позволила окончательно сорвать маски с предателей. Всем стало очевидно, что Балтар оклеветал Адмирала, поскольку, как и Апполо, всегда был на стороне машин! Возможно, в будущем, миссис Тай даже установят памятник, как невинной жертве, благодаря которой обнаружилась ужасная правда, но для этого сначала требовалась добраться до Кобола живыми…

Медлить дальше было глупо и Ли Адама раскрылся, отправившись на корабль воскрешения. Оставив людей с бездушным роботом-президентом. Задачей экипажа стало устранение предателя и передача его полномочий новому политическому лидеру: здесь как нельзя кстати пригодился Том Зарек, которые вместе с Адмиралом решили отобрать у Балтара титул и упечь его за решётку. Но из-за небольших просчётов план бывшего террориста дал сбой: он не смог запятнать репутацию президента во время выборов в виду их отсутствия...

Пока политики вели свои грязные игры, Кара Трэйс пыталась всеми силами обратить внимание команды на шастающий по Галактике отряд центурионов, но тщетно. Старбак использовала всё доступное в арсенале оружие, чтобы остановить железных убийц, но что она могла в одиночку? В результате стремительного продвижение машин они перебили и споривших до последнего вздоха политиканов, и весь экипаж корабля. Галактика превратилась в неспешно дрейфующий в космосе гроб для последних людей Двенадцати колоний Кобола…

На самом деле, у человечества не было шансов. Даже если бы три из пяти кризисов не оказались с активацией тяжёлых райдеров, Балтар при раскрытии размещал на поле дополнительных центурионов, а суперкризис Адамы также предполагал их массовое появление. Поражение было закономерным, но игра запоминалась тем хаосом, что породили проверки лояльности. Несмотря на проигрыш было весело!

Часть вторая. С, значит Смерть

В очередной партии в Галактику было заранее решено лететь к Ионической туманности. Это дополнение как-то редко играет в нашей компании во многом из-за нежелания вникать в достаточно большой пласт новых правил. В этот раз собралось пять человек уже знакомых с основным игровым процессом, плюс присутствовал запас по времени и желание немного поэкспериментировать. Для снижения сложности партии не стали добавлять карты Последних Пяти (хотя лучше бы убрали персональные цели).

На этот раз всего один человек изъявил желание играть конкретным персонажем (опять Балтар, но на сей раз суппорт, получивший под командование Пегас). Это практически не влияло на возможность выбора других игроков, так что остальные тянули случайную карточку (последний игрок – две). Мне досталась Кейн (естественно ставшая Адмиралом). Один раз, совсем недавно, я уже играл за нее в крайне ультимативном режиме, что принесло людям победу, и решил повторить такую линию поведения. Затем у нас вновь образовался Андерс (КАГ), неплохой пилот, который может вылететь в космос при поврежденном ангаре. Президентом стал Ромо Ламкин (слабый товарищ, откровенно говоря) и Гален Тирол (от Хотдога мы отказались), забравший самодельный титул главы инженерной службы. Полет начался!

Уничтожение родных колоний, гибель миллиардов при атомных бомбардировках, постоянные подозрения и нелёгкие испытания не могли не сказаться на обитателях Звёздного крейсера Галактика. К предстоящему путешествию Елена Кейн подошла с глубокими душевными травмами, которые сделали её и так не сахарный характер ещё более грубым и черствым. За плечами не было ничего кроме мук совести.

Такой груз был крайне не желателен для Адмирала. Это могло помещать в ответственный момент принять тяжёлое, но необходимое для выживания человеческой расы, решение. Нужно было отыскать на корабле людей способных помочь Кейн избавится от бремени прошлого, однако, делать это надлежало с крайней осторожностью, поскольку не все обитатели Галактики могли быть настроены дружелюбно.

Елена решила погрузиться в работу: решать различные проблемы экипажа (раздавая попутно приказы для увеличения эффективности команды). Первым делом она отправилась к Вильяму Адаме, чьи лидерские качества были известны во всем флоте, что могло, безусловно, пригодится. Но разговоры «по душам» не были сильной стороной Елены, куда важнее для старого вояки оказалось спасение людей. И если бы в рубке уже началась координация флота для последующего прыжка, то потребовалась бы корректировка курса…

— Подождите… Почему ещё никто не озаботился просчётом проклятого маршрута! Всех под трибунал отдам!!!

Несмотря на то, что от криков Кейн многим становилась не по себе, сама она чувствовала, как зловещий гнёт минувших событий остаётся позади. Она была нужна этим людям: и во что бы то ни стало доведёт их до Ионической туманности. Тем временем, экипаж начал заниматься своим делом, с опаской косясь на носящегося по кораблю, словно фурия, Адмирала. Андерс вылетел в космос, уводить с линии огня гражданские суда. Гален ремонтировал истребители в ангаре. Ламкин отбыл на Борт-1 и принялся заниматься своими президентскими делами (по мнению Адмирала бесполезными, как и вся политика).

Единственным, кто занимался странными вещами, был Гай Балтар. Впрочем, сказать точно, что для него является "странным" было достаточно сложно, памятуя о чудаковатом поведении ещё в Двенадцати колониях. С одной стороны, Балтар находился в рубке Пегаса, готовый атаковать корабли противника, с другой – лишил Галена ценнейших материалов. Лишь угрозы со стороны Кейн, в случае неповиновения, выбросить его в Шлюз, заставили безумного учёного сосредоточиться на уничтожении базовых звезд. Попытка была не самая удачная, зато позволила Тиролу довершить дело. По мнению Адмирала, такое развитие событий было намного важнее каких-то чудесных исследований. Конечно, Пегас был повреждён в сражении, но начальнику инженерной службы удалось защитить от повреждения важные отсеки корабля, а позже провести надлежащий ремонт.

Наступила небольшая передышка, когда Галактиа совершила свой первый прыжок. Кейн желала убраться как можно дальше от этой звёздной системы, однако личные мотивы вынуждали экономить топливо. По этой причине лететь нужно было медленней, преодолев расстояние всего в четверть пути до Ионической туманности. Если бы в этот момент Елена знала, что совсем скоро команду ожидает легендарное открытие, которое приблизит весь флот к заветной цели, она выбрала бы иной вариант, но даже в имеющейся ситуации путешествие протекало скорее хорошо.

Проблем было всего две: катастрофическое падение морали, на которое экипаж обратил внимание слишком поздно (хотя Кейн ещё никого не выкинула в шлюзовую камеру!) и эксперименты Балтара. Он клялся и божился, что проводимые им изыскания помогут, в будущем, получить топливо или повысить мораль. Однако Адмирал наотрез отказалась подпускать к себе безумного учёного, а, в случае неповиновения, грозилась, не задумываясь, выкинуть того в космос.

Вообще подобные угрозы были основополагающей доктриной Адмирала. Любое неповиновение приравнивалось к мятежу и каралось смертью... Балтар не рискнул проверять правдивость слов Елены, и нацелился на присвоение возможностей Ламкина, поскольку добраться до постоянно находившегося в космосе Андерса у Гайя не было никакой возможности. Ромо же был параноиком, поэтому к чужому соседству относился крайне плохо, однако, поскольку до этого он постоянно причитал о бесполезности своих возможностей, Адмирал не видела ничего плохого в том, что часть из них он потратит на удовлетворение своей фобии. А действия Балтара, пока они не касались самой Кейн, в перспективе были даже полезны. Возможность поднять экипажу боевой дух или создать горючее… звучит заманчиво.

Жёсткий стиль управления Елены не всем приходился по вкусу. Однако опасаясь последствий, экипаж предпочитал не высказывать вслух свои соображения или, не дай Бог, поднимать мятеж. Несмотря ни на что Кейн действовала скорее в интересах людей. Но, когда у шефа инженерной службы появилась возможность убедиться в преданности одного из членов экипажа общему делу, выбор пал именно на Адмирала. Елена прекрасно понимала, что это нельзя было рассматривать, как покушение на её власть и авторитет – напротив, возможность, с кем-то поделиться тяжестью предстоящих проблем Кейн воспринимала, как благо! Гален, как никто другой, должен был понять, насколько необходимы будут команде дополнительные запасы топлива. Тирол никак не стал комментировать полученную от Елены информацию: короткое "все понятно" и глава инженеров вернулся к работе. Если бы не блестящий послужной список, Адмирал заподозрила бы в нем сайлона…

Мораль продолжала снижаться: часть кризисных ситуаций не оставляли команде выбора, где-то не хватало ресурсов на преодоление проблем, а временами приходилось идти на ужасные жертвы...В итоге, несмотря на недавно изданный президентом указ, падение превышало разумные пределы. Это могло стать причиной краха всей миссии, поэтому во время очередной критической ситуации было решено приложить все силы для её разрешения. Однако результат оказался провальным, причём (и это признавали все) возникшие на пути экипажа помехи не были случайны! На корабле определённо был предатель…

Заперевшись в каюте, Кейн долго всматривалась в результаты и личные дела экипажа. Она надеялась там отыскать ответ: кто же является сайлоном. Наконец Елена вышла к команде. Не сказав никому и слова, она отправилась в сторону шлюзовой камеры. Конечно, отдать приказ об аресте предателя было бы проще, но Кейн не хотела встречаться с Элен Тай… В случае, если разговор пойдёт в том же ключей, что и с Адамой, Адмирал вполне могла оказаться на гауптвахте. Так рисковать она не собиралась. Плюс столь радикальное решение лишало Рома Ламкина возможности защищаться, что тоже нельзя сбрасывать со счетов.

По пути к воздушному шлюзу Елена старалась не обращать внимания на крики команды вокруг. Она перепроверяла в уме свои расчёты, старалась убедиться, что ошибки быть не может…

Лидерские активы обеспечили она и Андерс – тут всё понятно. Инженерные ресурсы пожертвовал Гален и Балтар, таким образом, неудача в военном снабжении была случайностью. Как впрочем, и, по всей видимости, политические просчёты. Но вот тактический провал не выходил у Кейн из головы! Отправить команду на поиск топлива? Это не могло произойти просто так, не могло! Картина сразу становилась понятней: Президент не просто так боялся присутствия Балтара рядом с собой, он опасался засветить столь ценную для людей возможность, которую удерживал в своих руках.

— Приведите в этот отсек мистера Ламкина, затем открываем Шлюз, – не выражающим эмоций голосом произнесла Кейн. – Мы должны казнить президента.

Поначалу Елена не собиралась объяснять свои действия: наличие предателя было очевидно всем, и люди должны были поддержать своего Адмирала в стремлении избавиться от сайлона, но... экипаж требовал ответа.

Разговоры с подчинёнными никогда не были её сильной стороной. Кейн не любила впустую тратить время: команда должна соблюдать субординацию, но в данный момент повод был особый. Она постаралась привести все возможные аргументы: и паранойю Ламкина, и малое число изданных указов, и результаты недавнего кризиса… Но положительное решение так и не было принято: у Адмирала не набралось достаточное число тактических уловок, а остальная команда практически не стала тратить свои силы. В тот день то ли судьба была на стороне Ромо, то ли на защиту встал неведомый союзник, но казнь так и не состоялась.

А на горизонте, тем временем показала флот сайлонов, впрочем, большинство приготовлений уже было сделано, и вскоре Галактика совершила свой прыжок, оставив неприятеля с носом. Адмирал направила флот к Тилиумной планете, решив окончательно закрыть вопрос с недостатком топлива. Кроме того альтернативный маршрут был чреват очередным падением морального духа - пустой космос неприятное место. Миссия по добыче горючего для кораблей увенчалась успехом, однако выбор маршрута стал причиной для активизации Ламкина, который по-прежнему настаивал на своей невиновности. Он использовал столь незначительное расстояние прыжка, как повод для поднятия бунта и свержения Адмирала. Титул перешёл Андресу, но все эти логические построение были не так важны – половина пути было пройдено, а значит пришло время для активизации сайлонов!

Экипаж, однако, уделял этому факту мало внимания. Обстановка и так была напряжена до придела: нужно ремонтировать корабль, уводить гражданские суда и как-то реагировать на приближение сайлонского флота. Ситуация усугублялась ещё и тем, что на корабле, по всей видимости, начал буйствовать какой-то вирус. Больше часть экипажа осела в лазарете, а Кейн так и вовсе отправилась на гауптвахту (не иначе, как кто-то припомнил ей прошлые обиды, когда Елена ещё командовала флотом людей). Сама она не сильно сопротивлялась подобному обращению. На первом месте стояли интересы человечества, а не возможные физические травмы или душевные терзания. Кейн уже и так лишили воинских привилегий, но её командные навыки не теряли актуальности во время заключения.

Тем временем, отягощённый не иначе, как тяжким бременем свалившейся власти Андерс пришёл к бывшему адмиралу за советом. После продолжительного разговора на самые сокровенные темы, он смог проникнуть Кейн в душу и узнать об её очередной заветной мечте по узурпированию власти. Предположив, что именно это двигало Адмиралом с самого начала, Самюэль выразил готовность поддержать её освобождение. И у Елены созрел план.

Получив карт-бланш, военные не стала сразу предпринимать попытку к освобождению. Для начала на корабле было объявлено чрезвычайное положение, и Галактика совершила очередной, не запланированный, прыжок. Уже одного этого, по мнению Елены должно быть достаточно, чтобы убедить всех здравомыслящих людей в своей лояльности ведь ещё четверть дистанции осталось позади (остальных можно выкинуть, при возможности, а воздушный шлюз).

Пользуясь объявленным ЧП, Андерс отдаёт приказ Кейн подавать прощение о помиловании. Голосование проходит без особых проблем: уже мало кто сомневается в искренних намерениях Елены. Поэтому она отправляется в каюту капитана и, избегая встречи с миссис Тай, вносит предложение об аресте президента. Задача упечь Ламкина за решётку так быстро, как это только возможно, лишив его возможности действовать. План не удаётся: кто-то старательно не хочет подобного развития событий. Несмотря на неудачу, такое развитие событий доказывает наличие на борту второго предателя.

Опальный президент не стал больше ломать комедию – маски сброшены – Ламкин переносит своё сознание на корабль воскрешения, пытаясь запятнать репутацию Кейн напоследок, но ему уже никто не верит. Ромо рассчитывает встать во главе сайлонского флота, догнать и уничтожить Галактику. Вскоре люди вскрывают незаконную передачу из каюты Балтара, и личность второго сайлона также становится очевидной. Паранойя покидает экипаж, расклад сил ясен и команда начинает работать как слаженный организм.

Совершенно очевидно, что свихнувшийся учёный не будет раскрывать результаты своих исследований, а значит, на повышение морали можно не рассчитывать. Пользуясь своими предательскими активами, он отправляет единственного пилота Самюэля Андерса на гауптвахту. Где тот неожиданно погибает, оказавшись неспособным вынести тяготы заключения. Это вновь делает Кейн Адмиралом флота, но вызывает дополнительное снижение морального духа из-за потери товарища.

Ох, не так Елена хотела вернуть себе титулы. Времени упиваться выполнению заветной мечты нет, как и назначить Ли Адаму Командиром Авиа Группы. Главная задача теперь как можно быстрее совершить прыжок. Вражеский флот, ведомый Ламкином, окружает последних представителей человеческой расы…

Пегас, находящийся под командованием Гайя Балтара, больше не принимает участие в сражении: выстрелы базовых звёзд направлены на главный корабль флота людей. Ангар повреждён, управление сверхсветовыми двигателями выведено из строя. Почти вся команда находится в лазарете – постарались атаки сайлонов и предательство Балтара. Адмирал отдаёт приказ Галену: прыгать сразу после ремонта FTL! Весь флот следует за Галактикой в Ионическую Туманность… И больше его никто не видел.

Мы не пережили фазу перекрёстков. Никто не пережил. Оба сайлона были отправлены в холодильник навечно. Балтар не успел раскрыться и в результате скопил не те жетоны. Ламкин же набрал такое количество неправильных жетонов, что хватило бы на трех сайлонов (он ЧЕТЫРЕ РАЗА получал жетон бедствия во время фазы перекрёстков). Люди же проиграли по снижение морали до -2: было казнено два персонажа и нам ещё пару раз уменьшали мораль. Я совершил самоубийство, чтобы выдать раскрытому сайлону жетоны (попутно избавился от трёх личных целей на ресурсы, одна из которых – мораль). Адаму убил Балтар. А у Галена не было выбора по жетонам, и вышел перекрёсток на снижение морали. Плюс Ламкин решил рискнуть и взять жетоны, но снизить людям мораль. В результате проиграли все! Но вышло крайне атмосферно.